Национально-конфессиональное разнообразие населения в советских проектах и документах, регулировавших погребение

Svetlana Yurievna Malysheva

Аннотация


В статье рассматривается, как проблемы национально-конфессионального разнообразия страны отражались и решались в советских официальных документах, касавшихся погребальной сферы. Анализ таких источников, как декреты, правила, инструкции, положения и их проекты, касавшихся кладбищ и похорон, показывает, что их дискурсы и содержание отражали подходы в национальной политике, смену экономического курса, объективные и субъективные условия разных этапов истории страны. Методологически изучаемые проблемы вписаны в исследовательские контексты истории национальной политики, имперской истории, экономической истории, истории советского социального проектирования. До конца Великой Отечественной войны, несмотря на артикулируемый на государственном уровне атеизм и проводившиеся антирелигиозные кампании, вопрос о целенаправленной ликвидации вероисповедальных кладбищ в контексте этих кампаний серьезно не рассматривался. Их исчезновение оказывалось, скорее, следствием роста и перепланирования городов, и, соответственно, «переноса» кладбищ из центра на окраины, возникновения новых кладбищ. Последние устраивались уже без учета национально-конфессионального принципа, нередко именовались «интернациональными», что подчеркивало их отличие от прежних вероисповедальных кладбищ. Появление проекта 1946 г., разделявшего мортальное пространство по конфессиональному принципу, фактически предлагавшего устройство конфессиональных кладбищ, фиксировало происходившие с 1930-х гг. изменения в национальной политике — усиление державно-государственнических и националистических тенденций. Однако этот слишком радикальный для государственного атеизма подход был смягчен в советских документах конца 1940-х — 1970-х гг., касавшихся погребальной сферы: ими рекомендовался учет «национальных» обычаев в погребальном деле и в погребальном пространстве при превалировании квазисекулярной «чистой» формы советскости. Как показывает анализ законопроекта 2014–2017 гг., конфессиональный критерий вновь был востребован в постсоветское время как весьма значимый для дифференцирования погребального пространства и национально-конфессионального разнообразия населения.


Ключевые слова


история смерти; погребение; похороны; советские кладбища; вероисповедальные кладбища; социальное проектирование.

Полный текст:

PDF

Литература


Brandenberger, D. (2002). National Bolshevism. Stalinist Mass Culture and Formation of Modern Russian National Identity, 1931–1956. Cambridge: Harvard University Press.

Lebina, N. B. (2015). Sovetskaia povsednevnost’: normy i anomalii. Ot voennogo kommunizma k bol’shomu stiliu [Soviet Daily Life: Norms and Anomalies. From War Communism to Big Style]. Moscow: NLO. (In Russian)

Miner, S. M. (2010). Stalinskaia sviashchennaia voina. Religiia, natsionalizm i soiuznicheskaia politika, 1941–1945 [Stalin’s Holy War. Religion, Nationalism and Allied Politics, 1941–1945]. Moscow: ROSSPEN. (In Russian)

Malysheva, S. (2017a). “Bratskie mogily” i “vrazheskie mogil’niki”: simvolicheskoe oznachivanie massovykh zakhoronenii v Sovetskoi Rossii / SSSR 1920-kh — 1940-kh godov [“Mass Graves” and the “Burial Grounds of Enemies”: The Symbolic Significance of Mass Burials in Soviet Russia/USSR, 1920s–1940s]. The Soviet and Post-Soviet Review, 44(3), 233–263. (In Russian)

Malysheva, S. (2017b). The Russian Revolution and the Instrumentalization of Death. Slavic Review, 76(3), 647–654.

Mazur, L. N. (2019). Religioznost’ sovetskogo cheloveka v 1920–1930-e gg.: evoliutsiia, formy i praktiki [Religiousness of the Soviet Man in the 1920–1930s: Evolution, Forms and Practices]. In L. N. Mazur (Ed.), Rannesovetskoe obshchestvo kak sotsial’nyi proekt, 1917–1930-e gg. [Early Soviet Society as a Social Project, 1917–1930s]. Pt. 2 : Sovetskoe obshchestvo: kul’tura, soznanie, povedenie [Soviet Society: Culture, Consciousness, Behaviour] (pp. 309–328). Yekaterinburg: Ural University Press. (In Russian)

Odintsov, M. I., & Kochetova, A. S. (2014). Konfessional’naia politika v Sovetskom Soiuze v gody Velikoi Otechestvennoi voiny 1941–1945 gg. [Confessional Policy in the Soviet Union during the Great Patriotic War of 1941–1945]. Moscow: ROSSPEN. (In Russian)

Roth, P. (1999). Totenkult in Russland. Politik und Religion. Glaube in der 2. Welt, 27(2), 25–29. (In German)

Smolkin-Rotrok, V. (2012). Problema “obyknovennoi” sovetskoi smerti: material’noe i dukhovnoe v ateisticheskoi kosmologii [The Problem of “Ordinary” Soviet Death: The Material and the Spiritual in Atheistic Cosmology]. Gosudarstvo, religiia, tserkov’ v Rossii i za rubezhom, 3–4 (30), 430–463. (In Russian)

Sokolova, A. D. (2013). “Nel’zia, nel’zia novykh liudei khoronit’ po-staromu!” [“It Is Impossible, It Is Impossible to Bury New People in the Old Way!”]. Otechestvennye zapiski, 5, 191–208. (In Russian)




DOI: http://dx.doi.org/10.15826/izv2.2019.21.3.055

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.




© Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина

Адрес редакции: 620000, Екатеринбург, пр. Ленина, 51. «Известия Уральского федерального университета. Серия 2. Гуманитарные науки»

E-mail: izvestia.2@yandex.ru